Российский общеобразовательный портал
Российский общеобразовательный портал
Министерство образования и науки РФ
ГлавнаяКаталогДобавить ресурс Поиск по каталогу: простой / расширенный
Коллекция: исторические документы Коллекция: исторические документы Коллекция: мировая художественная культураКоллекция: русская и зарубежная литература для школыМузыкальная коллекцияКоллекция: естественнонаучные экспериментыКоллекция: право в сфере образованияКоллекция: диктанты - русский языкКоллекция: история образованияКоллекция по зоологии

Каталог ресурсов


Стрелецкий бунт. 1698. Пытки и казни стрельцов. Извлечение из «Дневника путешествия в Московию». И.Г. Корба. 1698—1699

Иоганн Георг Корб (ок. 1670 — ок. 1741) был секретарем австрийского посольства И.Х. Гвариента, отправленного в Москву в 1698 г. На протяжении всего пребывания в России И.Г. Корб вел дневниковые записки, в которых фиксировал важнейшие события, происходившие в стране.

И.Г. Корб первым из иностранных авторов описал Россию при Петре I. Австрийский дипломат стал свидетелем одного из самых драматических событий петровского царствования — стрелецкого восстания 1698 г. Исключительно ценным является описание И.Г. Корбом кровавого «стрелецкого розыска», находящее детальное подтверждение в русских источниках.

Свидетельства И.Г. Корба использовали историки, писатели, художники, обращавшиеся к петровской эпохе. С «Дневником путешествия в Московию» был знаком великий русский живописец В.И. Суриков, изобразивший в картине «Утро стрелецкой казни» членов австрийского посольства во главе с И.Х. Гвариентом. Стоит отметичть, что ради создания яркого художественного образа живописец погрешил против исторической достоверности: стрельцов, по дневниковым записям И.Г. Корба, не казнили на Лобном месте.

См. подробнее о картине В.И. Сурикова «Утро стрелецкой казни».

 
Тема внешняя политика, внутренняя политика, военное дело, общество
Исторический период Новое время, Средневековье
Тип исторического источника Письменный источник
Территория Российское государство
Народ русские
Персоналии Петр I Алексеевич, российский император, Корб, Иоганн Георг, австрийский дипломат; Гордон, Петр Иванович (Патрик Леопольд), русский военный деятель, генерал и контр-адмирал; Плещеев, Федор Федорович, стольник, сержант Преображенского полка; Шеин, Алексей Семенович, боярин, генералиссимус; Лефорт, Франц Яковлевич, адмирал, сподвижник Петра I
Язык оригинала немецкий
Язык перевода русский
Библиография Богословский М.М. Петр I. Материалы к биографии. Т. 3 — М.: ОГИЗ, 1946; Буганов В.И. Московские восстания конца XVII в. — М., 1969; Устрялов Н.Г. История царствования Петра Великого. Т. III. — СПб., 1858.
Образовательный уровень основная школа, углубленное изучение
Источники Составитель – Пелевин Ю.А.; текст – Корб, Иоганн Георг. Дневник путешествия в Московское государство Игнатия Христофора Гвариента, посла Императора Леопольда I к царю и великому князю Петру Алексеевичу в 1698 г., веденный секретарем посольства Иоганном Георгом Корбом // Рождение империи. — М.: Фонд Сергея Дубова, 1997. С. 95—131; изобр. — http://www.belygorod.ru/


Утро стрелецкой казни. Худ. В.И. Суриков. 1881. ГТГ































Октябрь. 1698

3. Царь ездил в Новодевичий монастырь для допроса сестры своей Софии, заключенной в сей обители. Общая молва обвиняет ее в том, что она была зачинщицей последних смут. Говорят, что оба при свидании не могли удержаться от слез.

Так как поп, о котором я уже упомянул, уверял, что все попы, сколько ему известно, молились Всевышнему лишь о счастливом возвращении царского величества, то его подвергли пыткам. [С. 95] Жестокие истязания вынудили его наконец сознаться в том, что он воодушевлял мятежников, одобрял их и благословил начало их предприятия.


4 и 5. Все друзья царицы, по подозрению, призваны в Москву. Лишь только по Москве стали явно говорить об удалении царицы от ее супруга, все приняли это известие за зловещее предзнаменование.

Мятежники упорно молчат, почему их подвергают неслыханным пыткам: жестоко избитых кнутами жарят на огне, затем вновь начинают сечь, после чего опять тащат к огню. Таким порядком производится московская кобылка. Царь до того не доверяет боярам и так убежден в том, что они ничего не в состоянии сделать добросовестно, что опасается допустить их хотя малейше до участия в производстве настоящего следствия. Поэтому он сам составляет вопросы, сам допрашивает преступников, вымогает у них признание, тех же, которые продолжают молчать, велит пытать на дыбке. Потому-то в Преображенском (где производится этот жесточайший допрос) ежедневно пылает более тридцати костров. <…>

Подполковник Колпаков после жесточайших пыток лишился возможности говорить. Его поручили попечениям царского врача, с тем чтобы по приведении его в чувство вновь подвергнуть пытке. <…>

Весть о жестокости ежедневно производимых пыток дошла до патриарха. Он нашел, что обязанность его требует убедить разгневанного монарха смягчиться. Лучшим для сего средством считал он явиться к царю с образом Пресвятой Богородицы; лик Ее, думал он, пробудит в почти ожесточившемся сердце человечность и чувство естественного сострадания. Но притворная обрядная набожность не могла иметь влияния на точные взгляды правосудия, коими царь измерял великость такого преступления; ибо теперь было такое время, что для блага всей Московии не набожность, но жестокость нужна была, и тот бы весьма погрешил, кто бы такой способ принуждения считал тиранством, ежели с ним сопряжена справедливость, в особенности когда члены государственного тела до того поражены болезнью и подвержены неизлечимому гниению, что для сохранения организма ничего не остается, как железом и огнем уничтожить эти члены. Поэтому слова, коими поразил царь патриарха в ответ на его убеждения, не были недостойны его величия: «Зачем пришел ты сюда с иконой? И по какому долгу твоего звания ты сюда явился? Убирайся отсюда живее и отнеси икону туда, где должно ее хранить с подобающей ей честью! Знай, что я чту Бога и [С. 96] почитаю Пресвятую Богородицу, быть может, более, чем ты. Но мой верховный сан и долг перед Богом повелевают мне охранять народ и карать в глазах всех злодеяния, клонящиеся к его погибели».

Говорят, в этот же самый день происходил розыск над одним москвитянином, каким-то дьячком, за то, что в его доме и при его содействии сходилось четверо стрельцов, виновных в государственном преступлении, для таинственных переговоров. Дьячка, как вторично обвиненного в государственной измене, сам царь, сопровождаемый князем Ромодановским и генералом Автамоном, повлек к допросу.

Две постельницы всепресветлейших сестер государя, Жукова царевны Марфы и Вера Софии, самим государем были взяты в Кремле. Испуганные угрозами и после нескольких ударов на пытке, они показали, что ненависть, которую питают все москвитяне к генералу Лефорту и к каждому немцу, была главным поводом к преступному замыслу. Большая часть москвитян, по самой природе своей, имеют столь варварские нравы, что не терпят благодеяний, вносимых в их отечество иностранцами.


9. <…> Младшему Лефорту царь велел сообщить послу, что завтра совершена будет казнь преступников.


10. В Преображенском царь, окруженный войском, не допускавшим к нему решительно никого из посторонних, собственноручно отсек головы пятерым преступникам. Другие 230 человек поплатились смертью на виселицах за участие в мятеже. Царь, представители иноземных государей, московские бояре и большая толпа немцев были зрителями сей ужасной трагедии.

Один из стрельцов заявил, что генерал Лефорт дал повод к мятежу; поэтому стрелец был спрашиваем самим царем в присутствии [С. 97] генерала: знает ли он его, чем именно тот заслужил всеобщую ненависть и считает ли он сам справедливыми те обвинения, которые возводят на генерала? Стрелец отвечал на это, что он не знает генерала, равно как не знает наверное и того, действительно ли тот сделал то, в чем его вообще обвиняют. Он, стрелец, верил письмам, и что ему одному не приходилось разубеждать всех в неосновательности их толков о генерале. Когда царь потом спросил стрельца, что бы он сделал в том случае, если бы предприятие их удалось и если бы царь или сам Лефорт попались ему в руки, то тот немедля отвечал: «Зачем меня об этом спрашиваешь? Сам, чай, лучше можешь рассудить, что бы тогда было! Если бы счастье не изменило нам и мы взяли бы Москву, оставляя в стороне подобные допросы как ненужные, занялись бы боярами, да так, что всем было бы любо!» Стрелец этот, по царскому повелению, колесован главным образом за то, что дерзнул уверять, будто Лефорт уговорил царя отправиться за границу.

Царь, в сопровождении четырех молодых московских дворян, шел за гробом какого-то немецкого подполковника. При этом на царе в знак общественной печали была надета длинная шерстяная мантия.


13. 500 стрельцов, во внимание к их возрасту и из сожаления к их молодости, а также имея в виду незрелость их понятий, освобождены от смертной казни, но им вырезали ноздри, обрезали уши и сослали в отдаленные области с неизгладимым клеймом, свидетельствующим об их преступлении.

Вера, постельница царевны Софии, наперсница всех ее тайн, допрошена царем и подвергнута пытке. Когда ее раздели и стали бить кнутом, заметили, что она была беременна. На вопрос царя, кто был виновником того, та показала на какого-то дьячка и затем, сознавшись как в этой, так и в других винах, о которых была допрошена, освобождена была от дальнейших ударов.


15 и 16. Жесточайшие истязания, четыре раза возобновлявшиеся, не могли преодолеть упорного молчания Васьки Зорина, предводителя мятежа; наконец на очной ставке со своим 20-летним парнем, которого захватил где-то на границах московских и приневолил к себе в услужение, Зорин рассказал всю историю своих преступных действий. Сегодня же вечером прибыл из Архангельска вице-адмирал царского флота, родом голландец.


17. Говорят всюду, что сегодня его царское величество вновь казнил нескольких государственных преступников. Подполковник Колпаков после длинного ряда истязаний лишился языка и не в состоянии даже пошевелиться, почему вновь поручили его попечению и искусству царского врача. Последний неосторожно забыл было в темнице нож, которым приготовлял ему лекарство. Колпаков, негодуя на то, что лекарство возвращало ему, почти бездыханному, силы и жизнь только для того, чтобы опять подвергнуть его жесточайшим пыткам, хватает нож и подносит к горлу в намерении пресечь им свою жизнь и тем освободиться от мучений; но недостало ему сил на исполнение его замысла, ибо от раны, которую он себе нанес, Колпаков выздоровел и сегодня снова повлечен к пытке.


27. Вышеупомянутые две постельницы закопаны живыми в землю, если только слух о сем справедлив. Бояре и вельможи, находившиеся в Совете, на котором решена борьба с мятежниками, сегодня приглашены были составить новое судилище: пред каждым из них поставили по одному преступнику; каждый из них должен был произнести приговор стоявшему перед ним преступнику и после исполнить оный, обезглавив собственноручно виновного. Князь Ромодановский, бывший начальником четырех стрелецких полков до возмущения их, принуждаемый его величеством, собственной рукой умертвил топором четырех стрельцов. Более жестоким явился Алексашка, хвастаясь тем, что отрубил 20 голов. Голицын был столь несчастлив, что неловкими ударами значительно увеличил страдания осужденного. 330 человек, приведенных в одно время под страшную секиру, обагрили обширную площадь кровью граждан, но граждан преступных. Генерал Лефорт и барон фон Блюмберг были также приглашены царем взять на себя обязанность палачей, но они отговорились тем, что в их стране это не принято. Сам царь, сидя верхом на лошади, сухими глазами глядел на всю эту трагедию и на столь ужасную резню такого множества людей; одно только сердило его — то, что у большей части бояр, не привыкших к должности, которую он на них возложил, тряслись руки, когда они принимались за это дело; между тем как преступник, по мнению его, есть жертва, которую можно лишь заклать Богу.


28. Сегодня приняты были меры против попов, то есть тех, которые, имея намерение вынести иконы Пресвятой Богородицы и св. Николы с целью побудить народ перейти на сторону мятежников, возносили к Богу молитвы о благополучном исходе безбожного злоумышления: один поп был повешен перед церковью Святой Троицы, а другой обезглавлен и потом, для вящего позора, колесован. Два брата государственных изменников, когда палач перебил им внешние [С. 101] члены, живьем еще были колесованы; вокруг них лежало двадцать обезглавленных тел, плававших в собственной крови, среди коих лежал труп третьего брата; с завистью взирали на него колесованные, горько жалуясь на то, что скорая смерть разлучила их с человеком, с которым соединяла их сперва природа, а потом постыдное сочувствие к преступлению.

Вблизи Новодевичьего монастыря поставлено было тридцать виселиц четырехугольником, на коих 230 стрельцов, заслуживших более жестокое наказание, повешены. Трое зачинщиков страшного мятежа, подавших челобитную царевне Софии о том, чтобы она приняла кормило правления, повешены на стене Новодевичьего монастыря под самыми окнами Софьиной кельи. Тот из трех, кто висел в середине, держал привязанную к мертвым рукам челобитную, конечно, для того, чтобы усугубить мучения Софии за совершенное ею.


31. Двух главных предводителей мятежа, перебив им только руки и ноги, колесовали живыми, чтобы более продолжительной смертью они понесли наказание, вполне соответствующее их преступлению. [С. 102]

Ноябрь 1698

3. Поп и с ним двадцать четыре человека, вновь обвиненные в том, что участвовали в недавнем мятеже, возбуждая других к преступным предприятиям, отведены в темницу для допроса.


28, 29 и 30. Мы ездили на санях к Новодевичьему монастырю осматривать поставленную там перед окном Софии огромную четырехугольную виселицу и трех на ней висельников.

Январь 1699

1 и 2. Сегодня казнили приведенных сюда из Азова мятежников: попу, который был их соумышленником, царь отрубил собственноручно голову.

Февраль 1699

2. Сегодня на новоселье в доме, подаренном царем любимцу своему Алексашке, угощал нас Вакх с роскошью, в полном смысле эпикурейской.

Тридцать стрельцов пришли сюда на прошедшей неделе из Азовской крепости с целью ознакомиться хорошенько с Москвой и ее расположением, чтобы через это вернее достигнуть своей коварной цели. Но царю были сообщены сведения, наводившие на след их преступных замыслов, и потому все они были схвачены и подвергнуты прежде всего пытке, на которой допрашивал их сам царь.


3. Бранденбургский посол, по условной официальной вежливости, со своей стороны посетил господина императорского посланника: блестящая обстановка бранденбургца придавала много великолепия этому торжественному посещению.

В то время когда вышеупомянутые тридцать стрельцов подвергались истязаниям, другие мятежные стрельцы, в числе пятисот человек, собирались в окрестностях Москвы.


4. Приготовляли новые застенки для новых мятежников. Сколько бояр, столько допросчиков: мучением виновных заявлялась особенная верность государю. Чиновники одного посланника пошли из [С. 120] любопытства в Преображенское. Они обходили разные темничные помещения, направляясь туда, где жесточайшие крики указывали место наиболее грустной трагедии. Уже они успели было осмотреть, содрогаясь от ужаса, три избы, когда крики, раздирательнее прежних, и необыкновенно болезненные стоны возбудили в них желание взглянуть на ужасы, совершавшиеся в четвертой. Но лишь они вошли туда, как сейчас же поспешили вон, наткнувшись в страхе на царя и бояр, из которых главнейшие были: Нарышкин, Ромодановский и Тихон Никитич.


5. Подвергали пытке одного соучастника в мятеже. Вопли, которые он испускал в то время как его привязывали к виселице, подавали надежду, что мучения заставят его сказать правду, но вышло совсем иначе: сперва веревка начала раздирать ему тело, так что члены его с ужасным треском разрывались в своих суставах, после дали ему тридцать ударов кнутом, но он все молчал, как будто от жестокой боли замирало и чувствие, естественное для человека. Всем казалось, что этот страдалец, изнемогши от излишних истязаний, утратил способность испускать стоны и слова, и потому отвязали его от виселицы и сейчас же спросили: «Знает ли он, кто там был?» — и [С. 121] точно, к удивлению присутствующих, он назвал по имени всех соумышленников. Но когда дошло вновь до допроса об измене, он опять совершенно онемел, и хотя, по приказанию царя, жгли его у огня целую четверть часа, но он все-таки не прерывал молчания. Преступное упорство изменника так раздражило царя, что он изо всей силы ударил его палкой, которую держал в руках, чтобы через это прекратить его упорное молчание и добыть у него голоса и слов. Вырвавшиеся при этом с бешенством у царя слова: «Признайся, скот, признайся!» — ясно показывали, как он был страшно раздражен.


7. Один из бывших на допросе мятежников воткнул себе кинжал в горло, но у него недостало сил для совершения самоубийства; однако же он сделал себе такую рану, которая без нужного пособия могла бы причинить ему смерть. Но так как для государя было очень важно, чтобы он преждевременной смертью не освободился от пытки и истязаний, то и приказал он употребить все врачебные средства для излечения раны, и, чтобы врачи старательнее пользовали больного, он постоянно находился сам при приготовлении лекарств и даже успокоил преступника. [С. 122]


13. День ужасный, так как сегодня казнено двести человек. Этот день, несомненно, должен быть отмечен черной краской. Все были обезглавлены топором. На пространной площади, прилегающей к [С. 123] Кремлю, были приготовлены плахи, на которые осужденные должны были класть головы. Я измерил шагами длину плах и нашел, что ширина вдвое их длины. Его царское величество с известным Александром, общество которого он наиболее любит, приехал туда в карете и, проехав через ужасную площадь, остановился неподалеку от нее, на том месте, где тридцать осужденных поплатились головой за свой преступный заговор. Между тем злополучная толпа осужденных наполнила вышеозначенную площадь. Тогда царь пошел туда, для того чтобы при нем были казнены те, которые в отсутствие его составили святотатственный замысел на столь беззаконное преступление. Между тем писарь, становясь в разных местах площади на лавку, которую подставлял ему солдат, читал во всеуслышание собравшемуся народу приговор на мятежников, чтобы придать большую известность безмерности их преступления и справедливости определенной им за оное казни. Народ молчал, и палач начал трагедию. Несчастные должны были соблюдать известный порядок: они шли на казнь поочередно, на лицах их не видно было ни печали, ни ужаса предстоящей смерти. Я не принимаю за мужество подобное бесчувствие к смерти, но думаю, что это самоотвержение и презрение к жизни проистекали у них не от твердости их духа, а единственно от того, что, сознавая, как много они обесчестили себя своим ужасным преступлением, и вспоминая о жестоких истязаниях, претерпленных ими на днях, уж не дорожили более собой и жизнь им опротивела. Одного из них провожала до самой плахи жена с детьми, испуская пронзительные вопли. Прежде чем положить на плаху голову, отдал он на память жене и милым детям, горько плакавшим, перчатки и платок, который ему оставили. Другой, подойдя по очереди к плахе, сетовал, что должен безвинно умереть. Царь, находившийся от него только на один шаг расстояния, отвечал: «Умирай, несчастный! А если ты невинен, пусть вина за пролитие твоей крови падет на меня!» Кроме царя и вышеупомянутого Александра присутствовали еще некоторые из московских вельмож. Одному из них царь сказал, чтобы и он взялся за топор; а когда тот ответил, что он не имеет достаточной для этого смелости, то царь попрекнул его дураком.

По окончании расправы его царское величество изволил ужинать у генерала Гордона, но был невесел и очень распространялся о злобе и упрямстве преступников, с негодованием рассказывая генералу Гордону и присутствовавшим московским вельможам о закоренелости одного из осужденных, который в минуту, как лечь на плаху, осмелился сказать царю, стоявшему, вероятно, слишком близко к плахе: «Посторонись, государь! Это я должен здесь лечь». Из 150 человек только трое, сознаваясь в преступлении и государственной измене, просили его царское величество, в присутствии которого [С. 124] давали свое показание, о прощении, а потому государь освободил их от смертной казни и простил им их преступление, так как они оказали себя достойными царской милости. На следующий день назначена была новая расправа, на которую царь приглашал генерала Гордона, так как он желал казнить преступников новым, еще неизвестным его народу способом — не топором, а мечом. В тот же вечер многократно упомянутый мной Александр ездил в карете на все перекрестки города и часто показывал обнаженный меч, давая тем знать, с каким нетерпением ожидает он кровавой трагедии следующего дня.

Поймали, прежде чем совершенно стемнело, какого-то русского разбойника, с восемнадцатью человеками из его шайки, и посадили в темницу.


14. Сто пятьдесят мятежников проведены к Яузе. Говорят, что царь отрубил мечом головы восьмидесяти четырем мятежникам, причем боярин Плещеев приподнимал их за волосы, чтобы удар был вернее. Три меча были приготовлены для этого употребления. Один из них, когда царь им замахнулся, разлетелся вдребезги, и удар не последовал. Казаки, участвовавшие в этом мятеже, были четвертованы и после того посажены на позорный кол, для того чтобы все знали, какая казнь ожидает впредь тех, которые, побуждаемые беспокойным духом, решатся на подобное дерзкое преступление. Пяти другим, имевшим более коварные замыслы, отрублены сперва руки и ноги, а потом и головы. [С. 125]


28. Вблизи Кремля, в двух местах, казнены тридцать шесть мятежников, а в Преображенском сто пятьдесят. [С. 128]

Март 1699

8 и 9. Указом Сената царства повелено похоронить всех казненных в последние две недели, на разбирая род казни, прекратившей их жизнь, было ли это топором, или колесованием.


11. Сегодня начали погребать тела казненных преступников. Это было ужасное зрелище для народов более просвещенных, выразительное и полное отвращения: в телегах лежало множество трупов, кое-как набросанных, многие из них полунагие; подобно зарезанному скоту, который везут на торг, тащили тела к могильным ямам. [С. 131]

документы

Мировая художественная культура XVII в. (четвертая четверть)
Литература XVII в. (четвертая четверть)
Музыка XVII в. (четвертая четверть)
История XVII в. (четвертая четверть)

« вернуться

версия для печати  

Rambler's Top100 Союз образовательных сайтов

Российский общеобразовательный портал - Лауреат Премии Правительства РФ в области образования за 2008 год
Обратная связь
© INTmedia.ru


Разработка сайта: Metric
Хостинг на Parking.ru
CMS: Optimizer